Обезжизненный ёжик

когда на северном вокзале прощался с жизнью серый ёж
та, чтоб утешить, прошептала: не плачь! не факт, что ты умрёшь.
на белом свете жизней много, тобой не прожитых, других,
я знаю, на своей дороге ты встретишься с одной из них.
но вот - гудок, и поезд едет на юго-северо-назад,
и жизнь за миг промчалась перед ежом, потупивши глаза.
за паровозом дым лиловый оставил горький вкус во рту...
И вот на поиск жизни новой выходит ёжик в темноту.
а в темноте такое дело: все кошки серы, красок нет.
у жизней есть, должно быть, тело, но нет особенных примет.
Он ходит смотрит изучает, как жизнь от прочих отличать,
хоть в глубине души и знает, что больше некого искать.
и дело здесь не в пессимизме: ещё ежонком знал наш друг -
в одно лицо ежам по жизни дают не более двух штук.
а ведь сегодня даже кошек - и тех коснулся дефицит,
им жизнь по капельке, по крошке дают приказчики души.
и он глядит без оптимизма, надеюсь ясно, почему -
ведь ёж не кошка: девять жизней не полагается ему.
он между тем о смерти вспомнил, но та как будто не спешит:
в её генплане многотомном нет строчки для его души;
лишь времени пустая трата ходить в ежиную кровать -
ведь жизнь уже ушла куда-то, и смерти нечего забрать.
и так, без смерти и без жизни, проводит ёжик день за днём.
вокруг него творится шиза, но он как будто ни при чём.

...когда, спустя века, в тот город заехал как-то Вечный Жид,
там средь руин, с тоской во взоре, бродили Вечные Ежи.

назад