Хроника барбоса и вороны

Начало.

На чёрной земле ещё не было зелени, но уже тянулись куда-то вдаль цепочки следов – то ныряя в пятна нестаявшего снега, то возвращаясь на рыхлую от весны почву. По следу шёл барбос со вздёрнутой бровью и лукавыми глазами, повизгивал и мотал головой. Над ним ветер нёс куда-то птиц, не обращая внимания на возмущённый галдёж и карканье. Одна то ли ворона то ли нет спустилась, воспользовавшись затишьем. «Кар-кар-кар», - сказала она барбосу.
Барбос был учёный, кое-что читал, и потому знал, как вежливо ответить. «Попутного ветра, куда бы не лежал ваш путь», - молвил этот умник. И тут же случилось по сказанному – ветер задул с новой силой, и бедную ворону (то ли нет) понесло дальше. «Я птица гордая, сильная», - успела прокаркать она на прощание. Кажется, она добавила и ещё что-то, да барбос не расслышал.

Глава вторая. Мытарства вороны.

Долго ли, коротко ли, но стих ветер, впервые за столько месяцев. Ворона лежала на земле и пыталась уснуть, но в гости пожаловала бессонница. Ворона пробовала считать себя (вот так: кар! - и всё – она же была одна), но всё было безрезультатно.
Интересно, кем же себя считала ворона?
К полуночи закапал дождик, а далеко за полночь явился барбос, такой же мокрый, но уже молчаливый. «Научи меня летать», - попросил он птицу. «Ни слова о полётах, - поморщилась ворона, - я отныне нелетающая Меня теперь больше привлекает рытьё. И, немного, - гнездование».

И стали они рыть вместе.

Руководство по рытью, составленное барбосом в последние дни весны.

§1. Не подпускать ворону к работе;
§2. Рыть самому;
§3. Может что получится…

Руководство по гнездованию, составленное вороной, пока она маялась без дела в последние дни весны.

§1. Гнездиться лучше раньше;
§2. Если нет, то можно и подождать;
§3. Когда терпение лопнет – самое время;
§4. Веточки чтоб без колючек;
§5. Лучше нет для гнездования места, чем акация!
§6. Хотя и с колючками.
§7. Осталось перейти от теории к практике.

Наутро отбою не было от желающих поучиться рытью и гнездованию. И тогда ворона и барбос оставили свои инструкции самым смышлёным, и отправились восвояси – искать место потише.


* * *
Кстати, ворону звали (ну конечно же!) Джонатан Ливингстон. А вот барбос своего имени не знал. Потому что рос без родителей.

Примечание: И какая же ворона не любит аккуратного гнезда!..

Ещё примечание: Хуже нет, когда за воронами прилетают шумные галки!..

… Тихого места они так и не нашли. Пришлось окопаться во флигельке, что в садике, и заняться вязанием. «Самое тихое занятие», - отметила полгода спустя ворона.
И барбос наконец-то с ней согласился. «Только без цитат», - попросил он напоследок.

«Как простой и скромный барбосовед, заявляю: чтобы обеспечить тишину, нужно пользоваться ватным одеялом не по назначению».

Взвоешь тут через полгода такого общения. И барбос стал местной дурной приметой, несмотря на свою непримиримую борьбу с суевериями.

Клиника барбоса.

Это было его самое грандиозное начинание. Сам он, в белом халате и с градусником, расхаживал взад и вперёд и время от времени говорил что-нибудь вроде: «Кризис миновал» или «А давление-то у вас повышенное…», а уж в особых случаях: «Немедленно на госпитализацию!». А ворона, такая паинька, выполняла всё в точности.
Никогда барбос не чувствовал себя столь значительно!

Тёмная година.

Тёмная Година – так звали их улитку-катушку. На неё наматывали нитки для вязания, и, когда ворона входила в раж, любо-дорого было смотреть, как катается Тёмная Година по полу, вытаращив глаза от усердия.
Хотя усердствовала-то ворона!..

назад